— В общении он был, прежде всего, очень приятным человеком, мы дружили, — вспоминает Юрий Башмет, — И это редкий случай, когда я могу сказать: он был абсолютно свободным человеком. Во всех своих поступках и экспериментах, в творчестве. Самый главный подарок, который он мне сделал – конечно, концерт, который он мне сочинил и подарил – Concerto dolce.
В подтверждение его внутренней свободе во всем — поступок, связанный с Альфредом Шнитке:
— В советское время Шнитке был не в тренде, и когда он представил свой абсолютно гениальный альтовый концерт в Союзе композиторов, где председателем Союза композиторов СССР был Хренников, а Щедрин возглавлял московское отделение, по привычке его альтовый концерт должны были поругать. Но вдруг Щедрин неожиданно для всех встал и громко сказал: «Дорогой Альфред Гарриевич, это великое произведение! Я искренне поздравляю!» И тут же все его поддержали.
Юрий Абрамович вспоминает также о дружбе с прекрасной женой Щедрина, одной из самых ярких балерин в мире Майе Плисецкой, которая хотела сделать «Лебедя» Сен-Санса с Башметом:
— Она мечтала, чтобы я сыграл это на альте, я даже достал ноты. Но у нас этого так и не произошло. Однако я чаще всего исполняю именно «Кармен-сюиту» Щедрина, которую он написал для Майечки.
Говоря о наследии композитора, Юрий Абрамович не стал выделять конкретные произведения, напомнив о знаменитых «Частушках» для оркестра и о Втором фортепианном концерте, на премьере которого ему самому довелось присутствовать — дело было в Большом зале консерватории, за роялем тогда был автор.
— Он всегда был Личностью с большой буквы. Каждая встреча с ним, даже если во дворе консерватории — это всегда тепло, доброжелательность и юмор. Он очень радовался жизни, и его уход – конечно, огромная потеря. Но он прожил большую, цельную, увлекательную и очень успешную жизнь с большой любовью, и оставил прекрасное наследие, которое, конечно, будет звучать, — подытожил Юрий Башмет.
Обсудить